Теодор Шанин об образовании

Share Button

Репортаж о лекции Теодора Шанина «Социальные эффекты образовательных моделей», прочитанной в рамках фестиваля публичных лекций «Знать».

7 декабря 2014 года в лектории Музея Москвы известный социолог Теодор Шанин выступил с публичной лекцией на тему «Социальные эффекты образовательных моделей». Мировое признание ученый получил благодаря работам, посвященным крестьянству. Кроме того, в течение двенадцати лет Т. Шанин руководил основанной им Московской высшей школой социальных и экономических наук.

Последние 7 лет Т. Шанин отошёл от ректорской работы, вероятно, целиком сосредоточившись на научной работе, и мы предположили, что социология образования стала новой областью его научных интересов. Взгляд Т. Шанина на эту плохо исследованную (особенно на современном российском материале) и весьма злободневную тему был бы особенно интересен, потому что в социальных науках ученый известен своим умением видеть проблемные узлы социальной реальности в необычном ракурсе, не вмещающимся в рамки общепринятых категорий анализа. Всю свою научную карьеру он боролся против разнообразных тенденций «упрощенчества», призывая видеть вместо единого человеческого общества взаимодействие различных (и в значительной мере автономных) социальных миров во всей их реальной сложности.

Сказанное выше давало основания думать о том, что лекция будет очень интересной. Но уже в самом начале стало понятно, что не всем ожиданиям суждено сбыться. Если кратко, то практически всё, что было высказано на этой публичной лекции, только более подробно можно было прочитать в статье Т. Шанина «О пользе иного», опубликованной на Полит.ру в 2006 году  (к слову, первая публикация этой статьи состоялась в 2001 году). Хорошо это или плохо, наверное, неважно: авторитет ученого и его почтенный возраст не позволят нам в этом случае критиковать его за неполное соответствие теме выступления. Однако, организаторы мероприятия могли бы сформулировать тему лекции ближе к тому, о чем планировал говорить ученый.

Чуть ли не первой высказанной мыслью Т.Шанина стало утверждение о том, что при подготовке к лекции не удалось никаких серьёзных аналитических материалов по теме, «нет ничего», не установлены ни разделы, ни категории этой предметной области. За неделю до предполагаемой лекции «коллегам не удалось собрать информацию». Признаться, это показалось весьма сомнительным.

Далее докладчик перешел к описанию своего потрясения, испытанного в тот момент, когда ему нужно было изучить успешный опыт службы реабилитации инвалидов в Великобритании. На его вопрос о том, люди какой специальности лучше всего подходят для руководящих должностей в этой сфере, он получил ответ, что нужны люди с «хорошим образованием». Какое же образование можно считать «хорошим»? Выяснилось, что работодателям нужны «способные люди». При помощи этой категории Т. Шаниным была описана цель «англосаксонской модели образования»: оно направлено на развитие способностей.

Модель «развития способностей» была противопоставлена «немецкой» или «континентальной» модели (к ней относится и российская модель образования), с которой в свои ранние годы был связан и сам Т. Шанин.

В континентальной модели ставка сделана на то, чтобы обученный человек «знал все», большинство фактов, которые играют роль в практике.

В англосаксонской модели «способные люди» – это понятие. Для него не важны «дисциплины», люди должны делать две вещи: 1) уметь учиться и 2) уметь думать. Именно на развитие этих «навыков» направлено образование. В этой модели важно «насколько люди умеют ответить на вопрос и каким путем они доходят до ответа». Для нее не важно «преподавание». Впоследствии поясняя ее устройство, Т. Шанин сказал, что для модели отношений в ней можно использовать не понятия «преподаватель» и «ученик», а «товарищи», только «преподаватель» – это «старший товарищ», который «знает как» и «младший», который «хочет научиться».

Докладчик не раз подчеркивал, что образование – это результат общественной организации определенного вида. То, что «сработало» в одном обществе, не обязательно состоится в другом.  Истоки англосаксонского образования (далее, по смыслу лекции, даже сущность этой модели) заключались в тьюторской системе, прообраз которой в приглашении учёного для домашнего обучения. В дальнейшем в ней сохранилось небольшое количество студентов в расчете на преподавателя.

По мысли Т. Шанина, неудачи с введением тьюторской системы в «Высшей школе социальных и экономических наук» на начальном этапе ее становления были связаны с отсутствием специфического «тьюторского» опыта у российских преподавателей. Это умение заключается в том, чтобы активизировать студента, перевести его с модели «усвоения» некого обязательного знания к самостоятельному мышлению в определенной проблемной области. Тьютор должен создать ситуацию, когда «преподаватель молчит, а студент говорит».

Вся континентальная система «убивает тьюторство» как понятие. В России платят и получают зарплату за количество лекций, для преподавателя «важно говорить побольше», при том, что и «россияне в целом более разговорчивы, чем англичане». В итоге происходит «деактивизация студентов». По мнению докладчика, успешность советских и российских математиков и физиков обусловлена как раз иным типом преподавания. Она очень близка к англосаксонской модели, направленной не на усвоение материала в колоссальных объемах, а на умение автономно и нестандартно мыслить. Докладчик отметил, что идеалы образования Оксфорда в значительной степени воплощены в преподавании на физмате.

По мысли Т. Шанина, образование – это не товар, который можно перенести на другую почву, поскольку оно не может «оторваться от условий своей страны». Так, к примеру, тьюторская система включает в себя уменьшение нагрузки на преподавателя и студента, чего нельзя сказать о французской модели, где из-за массовости студенты теряют возможность личного неформального общения с преподавателем. «Жесткость» системы образования мешает переструктурировать систему. «Неформальность», по мысли лектора, — это важнейший инструмент работы на уровне университета. При этом нельзя выделить «неформальность» как ценный инструмент и «внедрить», допустим, в российскую систему образования. Неформальность может работать только там, где есть более глубинные законы самоограничения, этические и культурные табу.

В англосаксонской модели, к примеру, доминируют законы вежливости. Эта «вежливость», понимаемая как метафора работающих культурных табу, помогает и в образовании, и в науке. Она позволяет решать очень многие проблемы, которые отнимают время в других моделях. А если этих культурных табу нет, тогда «внедрение неформальности» приведет к совершенно иным результатам.

Вообще докладчик в качестве главной беды в России отметил стремление всё делать «с перебором». Увидеть какой-то эффективно работающий элемент в другой стране и стремиться «внедрить» его несмотря ни на что, не считаясь с местными условиями и затратами. Пытаясь что-то изменить в России, главное «не переборщить». В своём выступлении Т. Шанин постоянно подчеркивал необходимость «сбалансированности» в стремлении изменить что-то коренным образом.

После этого все перешли ко второй части мероприятия: вопросам к докладчику. Как правило, ответы на вопросы не приносили ничего нового по сравнению с тем, что уже прозвучало в выступлении.

Среди интересных был вопрос, заданный социологом А. Левинсоном. Это был не сколько вопрос, сколько возражение против тезиса Т. Шанина о том, что для России характерна опасность «перебора». По мнению А.Левинсона, в нашей стране, наоборот, основная беда – хроническое «недоделание». Т. Шанин не возражал, высказав идею о том, что в реальности существует как «перебор», так и «недоделание», но как это возможно, так и осталось непонятным.

Другим важным вопросом, который был, скорее, «криком души», стал вопрос об отстранении преподавателей вузов от руководства процессом образования. Как преподаватель может выступить субъектом преобразований, если сам является бесправным объектом бюрократических манипуляций? Т. Шанин был немногословен и, фактически, ответил девизом эсеров: «В борьбе обретешь ты право свое!» В дальнейшем он повторил эту фразу трижды, в том числе, отвечая и на наш вопрос о сравнении статуса преподавателя в России и в Англии (по мысли Т. Шанина, он везде сейчас «никудышный»).

Как отметил Т. Шанин, «образования без педагогического влияния не существует». А проблема устранения преподавателей из процесса образования вузовской бюрократией – это проблема «излишней концентрации власти в определенных местах». По мнению Т. Шанина, этот процесс имеет крайне негативный характер, поскольку разрушает саму идею образования. Бюрократизация ведет к отдалению студентов от преподавателей.

Отвечая на вопрос о целесообразности «укрупнения вузов», ученый недвусмысленно высказался против бюрократической или экономической логики этого процесса. Объединение вузов может быть плодотворным только если в основе этого объединения логика междисциплинарых исследований, и решение о целесообразности какого-либо объединения должно принимать само научное сообщество.

В завершении нашего небольшого репортажа, отметим, что, несмотря на несоответствие темы лекции ее содержанию, ученый сформулировал ряд тезисов, используя которые, можно лучше понять ситуацию в современном образовании. Мы выделили для себя, прежде всего два: 1) образование определяется не сколько учебными программами, сколько более широким контекстом социальных отношений, в нем существует большое количество так называемых «незапланированных» эффектов, существующих вне его рационализированного описания; 2) непосредственно социальные отношения, посредством которых происходит организация образования (например, бюрократические), сильно сказывается на отношениях между преподавателями и студентами/учениками.

Мы благодарны Полит.ру за организацию этого события и надеемся на продолжение, но хотим пожелать организаторам более точно формулировать темы выступлений.

Share Button

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *